Упорство римлян

 

В 367 г., пока император восточной половины Римской империи Валент преследовал готов за Дунаем, его правящий на Западе старший брат Валентиниан успешно восстанавливал римскую границу на Рейне. Однако вскоре ему пришлось переметнуть крупные военные силы во главе с победителем алеманнов на Рейне Иовином и талантливым полководцем Феодосием в принадлежавшую Риму Британию: туда вторглись из Шотландии заключившие между собой союз племена скоттов и пиктов. Кроме того, на восточном побережье Британии продолжались высадки из Германии племён саксов и франков. Франки даже заняли Лондон. Феодосий справился с возникшей угрозой настолько быстро, что вскоре смог переправить часть своей армии во главе со своим сыном Феодосием Младшим, будущим императором, обратно в Германию. Вернулись в Германию и войска Иовина.

Сам же Валентиниан перенёс свою столицу из Реймса в город Амбианы (Амьен), недалеко от пролива Ла Манш, чтобы контролировать военные действия в Британии. Однако там он тяжело заболел и чуть не умер. Этим воспользовались алеманны и опять начали переходить в наступление. Как пишет историк Аммиан Марцеллин: «аламаннский царек Рандон осуществил свой давнишний замысел и тайно проник с легким грабительским отрядом к Могонциаку (Майнцу), не имевшему гарнизона. И так как именно в это время праздновался христианский праздник, то он беспрепятственно увел в плен мужчин и женщин всякого звания и награбил много домашнего имущества ». В Галлию с севера стали вторгаться франки и саксы.

Однако наибольшую угрозу представлял один из алеманнских королей – Витикаб, сын перешедшего на римскую службу и успешно воевавшего за Валента Вадомара. С ним римляне решили расправиться совсем «не спортивным» методом: «Царь Витикабий, сын Вадомария, человек на вид слабый и болезненный, но сильный и храбрый, неоднократно поднимал против нас бранную бурю; поэтому прилагались всяческие усилия, чтобы каким бы то ни было способом устранить его. Долго не удавались никакие попытки справиться с ним или ускорить его выдачу; наконец, он пал вследствие предательства своего приближенного слуги, подкупленного нами. После его смерти на некоторое время прекратились вражеские вторжения. Убийца из страха перед карой, которой он боялся в случае раскрытия дела, поспешил бежать на римскую почву».

Выздоровев, Валентиниан торжественно, перед армией, провозгласил своего сына-подростка Грациана своим соправителем в Западной части империи. После этого, в связи с изменившейся военной ситуацией, Валентиниан перенёс свою столицу в германский город Трир – традиционную столицу римских императоров. Теперь уже ничего не мешало совершить решающий поход против алеманнов: «Этого настойчиво требовала общественная безопасность, так как опасались коварных нападений народа, который очень быстро оправлялся. Возбуждены были также и солдаты, не имевшие никогда отдыха вследствие подозрительного поведения аламаннов, которые то униженно молили о мире, то вскоре после этого выступали с самыми дерзкими угрозами.

И вот, стянута была отовсюду огромная армия, тщательно снабженная оружием и провиантом, и когда наступило теплое время года, Валентиниан вместе с сыном Грацианом перешел Рейн. Не встретив неприятеля, император продолжал поход, разделив армию на три колонны; сам он находился в центре, полководцы Иовин и Север командовали на флангах; таким образом армия была в безопасности от внезапных нападений. Передвигаясь по указаниям опытных проводников, производя разведки местности, медленно шли войска по обширной стране, и солдаты приходили все в большее раздражение и издавали грозные клики, как будто уже нашли врага. И так как в течение нескольких дней не могли найти никого, кто бы оказал сопротивление, то все посевы и строения, которые попадались на глаза, предавались пламени; исключение делалось только для пищевых продуктов, собирать и хранить которые побуждала неизвестность исхода предприятия. Медленно продвигаясь дальше (вдоль реки Неккар), император подошел к месту, которое называется Солициний и остановился здесь, словно перед сильным препятствием, потому что он узнал из достоверного донесения передовых разъездов, что вдали увидели неприятеля.

Не видя никакого другого способа спасения, кроме как защитить себя быстрым нападением на наши силы, варвары, полагаясь на свое знакомство с местностью и в полном согласии между собой, заняли горные высоты, обрывающиеся крутыми холмами, неприступными со всех сторон, кроме северной, представлявшей собой отлогий и удобный для подъема склон. Наши войска остановились на месте; повсюду раздались призывы к оружию; чутко прислушиваясь к команде императора и командиров, стояли солдаты в ожидании поднятия знамени, что служит сигналом к началу боя.

Времени на размышление было мало, или даже вовсе не было; здесь нетерпение наших солдат вызывало тревогу, а там аламанны подняли свой страшный крик. В силу необходимости быстрого решения принят был такой план: Себастиан (специально вызванный с Балканского полуострова полководец) со своими войсками должен был занять северную часть горы, которая, как я сказал, представляла собой отлогий подъем, чтобы избивать бегущих германцев, если так решит судьба. Этот приказ был спешно исполнен. Грациан, который по своим юным годам еще не годился для бранных трудов, был оставлен позади при знаменах иовианов (элитной гвардии). Сам Валентиниан, как вождь осторожный и неторопливый, прошел с непокрытой головой по центуриям и манипулам (подразделениям армии). Не открывая своего плана никому из высших офицеров и оставив позади большую часть своих телохранителей, он помчался с немногими, на храбрость и верность которых мог вполне положиться, чтобы осмотреть подошву подъема, заявив с обычной уверенностью в своей проницательности, что можно найти и другую дорогу на крутые холмы, кроме той, которую нашли разведчики. И вот, когда он ехал по неизвестным местам через болотные заросли, без дороги, вражеский отряд, находившийся сбоку в засаде, напал на него с такой стремительностью, что гибель его была бы неминуема, если бы он не прибег в крайней опасности к последнему средству: он погнал коня во весь опор через болото и скрылся под защитой легионов, спасаясь от страшной опасности. Насколько он был к ней близок, видно из того, что спальник, везший его шлем, украшенный золотом и драгоценными камнями, совсем исчез вместе со шлемом и не был найден потом ни живым, ни мертвым.

Когда люди оправились и отдохнули, был подан обычный сигнал к началу битвы. Под звуки грозно звучавших труб двинулись войска, исполненные воодушевления; впереди шли два юноши, Сальвий и Лупицин, один – скутарий (пехотинец), другой из схолы гентилов, выбранные начать битву. Возбуждая своих грозным криком и потрясая копьями, бросились они на противолежащие скалы и, отбиваясь от аламаннов, полезли на самый верх. Следуя за этими застрельщиками, подошло все войско и с великим напряжением сил взобралось через крутизны по терновым зарослям на вершину горы. С большим ожесточением обеих сторон начался бой: с одной стороны солдаты, более обученные военному искусству, с другой – варвары, напиравшие в своей дикой храбрости безо всяких предосторожностей, сошлись в рукопашной схватке. Разворачиваясь все шире, наша армия начала теснить врага на обоих флангах среди криков ужаса, ржания коней и звука труб. Однако оправившись, варвары дали отпор, и на некоторое время шансы боя выравнялись. Битва шла со страшным упорством, и потери были очень значительны с обеих сторон. Наконец варвары были смяты воодушевленным напором римлян, и в страхе смешались передние с задними и стали отступать. Тут их поражали дротики и метательные копья. Когда же, совершенно обессилевшие и истомленные, они побежали, то открыли преследующему неприятелю свой тыл, коленные суставы и сухожилия. Много было перебито, часть бежавших истребил Себастиан, стоявший со вспомогательным отрядом за хребтом горы, окружив ее со стороны, откуда варвары не ждали нападения. Остальные, рассеявшись, скрылись в чаще лесов».

Битва под Солицинием (примерно под Хайдельбергом) была одной из самых значительных битв в римской истории, однако и она не могла спасти клонящуюся к упадку империю. Будущее было за германцами.

 

Иллюстрации:

 

1. Алеманнский посёлок

 

2. Амьенский собор

 

3. Грациан

 

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________