Сложная игра

 

В 330 г., с переносом столицы Римской империи в Константинополь, император Константин добился невиданной до того в римской истории власти. Фактически перестали функционировать все выборные органы, а назначенцы Константина послушно выполняли его приказы. И добился он этого при поддержке разветвлённой организации христианской Церкви. В результате Церковь стала фактически управлять империей. Все остальные религии были запрещены.

Константин быстро сообразил, что сложившаяся ситуация всё же не позволяет ему править безраздельно. Церковные иерархи, добившиеся своих постов без его участия, чувствовали себя совершенно независимо, и часто игнорировали его распоряжения. Вселенский Никейский собор 325 г., на котором император вёл себя совершенно демократично, заставил их поверить, что окруживший себя Священным Коронным Советом из христианских епископов, император полностью зависит от их мнения, особенно это касалось вопросов вероучения, из-за которых между ними шла гражданская война. Руководители христианских общин на местах в 330 г ., после провозглашения христианской Церкви правящей структурой в Римской империи, стали фактически диктаторами на местах, свободно казня своих противников. Особенно усердствовал епископ александрийский, главный идеолог христианства Афанасий Великий. Задачей Константина теперь было подчинить и эту неуправляемую стихию.

На тот момент структурой христианской Церкви руководили одновременно три иерарха – епископы «апостольских городов» Рима, Александрии и Антиохии. Четвёртый «апостольский» епископ – иерусалимский святитель Макарий решением Никейского собора был исключён из «президиума». Даже помощь Елене, - матери Константина в обнаружении Креста, на котором был распят Иисус, не улучшила его положение.

Епископ (папа) римский Сильвестр изначально был солидарен с мнением Константина, и поэтому опасности не представлял. С Афанасием Константин ничего не мог поделать, – тот обладал таким авторитетом, что сам мог свергнуть императора. Оставался епископ антиохийский (в Сирии) Евстафий, с которого император и решил начать «зачистку» полностью доверяющей ему Церкви.

Святитель Евстафий из Антиохии (месте крещения апостола Павла) был одним из самых пламенных участников Никейского собора, обозвав упорствовавшего еретика Ария «неистовым Арием», что закрепилось в литературе до сих пор. Поэтому положение Евстафия казалось незыблемым.

Однако сам Константин решил перевернуть сложившуюся ситуацию «с ног на голову», и при помощи осуждённого Вселенским собором арианского меньшинства ослабить власть православно-католического большинства Церкви. Из епископов на арианских позициях стоял только епископ Никомедии Евсевий, формально подписавший никейский «Символ веры. Однако Никомедия до 330 г. была столицей империи, и даже с переносом столицы в соседний с ней Константинополь всё равно оставалась важным политическим центром империи. Там же поселился и возвращённый Константином из ссылки «неистовый Арий».

В 330 году, начавший будто бы сомневаться в своей позиции никомедийский епископ, предлагает собрать поместный (то есть региональный) Собор в Антиохии для устранения противоречий. Естественно, никто не был против. Однако на соборе Евсевий неожиданно обвиняет Евстафия Антиохийского в «любовных связях на стороне», что вынуждает оклеветанного святителя уйти в отставку «до выяснения обстоятельств». Позже он восстановил своё доброе имя, но не должность., иумер в ссылке. По авторитету Церкви был нанесён существенный удар, после которого большинство восточных иерархов соглашаются с предложением Константина признать главой Церкви римского папу.

Тогда же Константин поссорился с несогласным с реабилитацией ариан своим личным советником Осией Кордовским, председательствовашем на Никейском соборе. Осия возвращается в Испанию. На его место становится историк Церкви Евсевий Кесарийский, не любивший Евстафия всегда восторженно отзывавшийся о Константине. События тех лет известны в основном в его изложении.

Фактически во главе Церкви оказался еретик Евсевий Никомедийский. Именно ему император предлагает возглавить работу по крещению германских племён, в первую очередь готов, с которыми у императора сложились наиболее тесные отношения. Не удивительно, что практически все германцы потом в течение четырёх веков оставались арианами.

Ещё находясь в Антиохии, где он присутствовал при начале строительства грандиозного восьмигранного собора с позолоченными впервые в истории христианства куполами (к сожалению не сохранившегося), Евсевий познакомился с двадцатилетним Ульфилой («Волчёнком») из страны готов. Воспитанный среди диких готов, Ульфила происходил из семьи пленных римлян-христиан, захваченных готами в 267 г., во время набега на провинцию Каппадокия. Родители смогли передать сыну свою образованность. Готы позволили пленным христианам основать на их новой родине небольшие церквушки. В одной из них Ульфила с ранних лет служил чтецом молитв. Часто он по разным поручениям готских властей бывал в Римской империи, поскольку говорил на латыни и многих других языках.

Ему Евсевий и поручил перевести Библию с греческого на готский язык, что Ульфила вскоре блестяще и выполнил. Этот перевод Библии является не только первым читаемым документом на готском языке, но это вообще первый памятник германской письменности. До дого германцы (и в первую очередь готы) в письменности использовали руны, но крупных произведений на них написано не было. В основном рунические документы пока перевести не удалось. Ульфила же фактически создаёт готский алфавит на основе греческого с добавлением латинских и рунических букв. Поскольку Библия переводилась по поручению Евсевия, она насквозь проникнута арианским духом. Сам Ульфила до конца жизни оставался убеждённым арианином. Тем не менее, христианская Церковь называет его «Моисеем готов». Его перевод Библии признан литературным шедевром.

В ответ на столь явную победу ариан, в том же 330 г. Афанасий Великий назначает некоего Фрументия первым епископом Эфиопии. Тогда там существовало царство Аксум, именно в 330 г. выросшее до размеров империи. Фрументий успешно крестил эфиопов и признан «апостолом Эфиопии».

Для Константина, естественно, важнее были готы. Фактически только на них он мог положиться. В 331 г. Константин провозглашает закон, до того немыслимый в Римской империи. Отныне иностранцы могли становиться командующими римскими легионами. Во главе многих легионов тут же становятся готы. Если учесть, что состояли легионы в основном из германцев, то в случае необходимости Константин мог направить их против самих римлян. Чтобы отвлечь внимание римлян от этого, довольно жуткого решения, Константин в том же году издаёт закон, запрещающий римским семьям разводы.

 

Иллюстрации:

 

1. Макарий и Елена

 

2. Святые Тимофей и Евстафий Антиохийский

 

3. Ульфила на фоне готского алфавита

 

4. Фрументий

 

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________