Победы силы и духа

 

Пока император западной половины Римской империи Валентиниан воевал в Германии против племени алеманнов, его младший брат Валент, правивший восточной половиной, готовился к войне с захватившим власть в столице империи Прокопием, который происходил из недавно утратившей власть династии Флавиев, откуда вышли Константин Великий и Юлиан-Отступник, и поэтому в глазах многих казался законным императором.

В 366 г. Валент вывел свою армию из Антиохии и приблизился к Константинополю. После чего между двумя императорами началась пропагандистская война. Оба императора высылали уважаемых людей в стан противника, и те уговаривали перейти солдат на «законную» сторону.

Поначалу казалось, что победа Прокопия неминуема. Валент молил о помощи своего брата, но Валентиниан не в состоянии был её оказать. Как пишет Аммиан Марцеллин: «Не раз он повторял, что Прокопий – враг только лично его самого и его брата, а аламанны – всего римского мира, и решил пока не покидать пределов Галлии». Военные действия, которые стали вестись вокруг Мраморного моря, не приносили успеха ни той, ни другой стороне. Однако, если бы дошло дело до решающей битвы, это грозило бы самоуничтожением половины римской армии – на радость наступавшим с востока персам.

Из пропагандистских целей Прокопий не выпускал из рук маленькую внучку Константина Великого, подчёркивая таким образом свою принадлежность к великой династии, но это мало ему помогало. Военное преимущество постепенно склонялось на сторону Валента, в этом немало ему помог быший король алеманнов Вадомар, свергнутый незадолго до этого Юлианом-Отступником, и успевший побывать губернатором Финикии (Ливана). Когда войска Прокопия во главе с его братом Марцеллом неожиданно переплыли Мраморное море и захватили важный город Никею, Вадомар осадил этот город, не дав армии Марцелла наступать дальше, и тем самым восстановив равновесие.

В конце концов вся армия Прокопия перешла на сторону Валента. Прокопий бежал с поля боя, но ночью несколько генералов, бежавших вместе с ним, связали его и доставили к Валенту. Тот моментально отрубил ему голову.

Брат Прокопия Марцелл, находясь в осаждённой Никее, сдаваться не собирался и провозгласил императором самого себя. Воспользовавшись тем, что Вадомар после казни Прокопия снял осаду с Никеи, Марцелл смог захватить ряд окрестных городов, и даже занял Константинополь. Он надеялся на поддержку трёх тысяч германцев-вестготов Атанариха, которые шли на помощь Прокопию из низовьев Днепра, поддержанные могучей империей остготов Германариха, владевшей всей Восточно-Европейской равниной. Однако готы не успевали – им приходилось обходить другое Вестготское королевство, во главе которого стоял король Фритигерн – союзник Валента. На подступах к империи, в горах под ныне болгарским Пловдивом, их поджидал командир «спецназа» Валента - Эквинций. Узнав из данных разведки об их переговорах с Марцеллом, Эквинций, как пишет Аммиан Марцеллин: «отправил смелых и решительных людей, которые схватили Марцелла и заключили в тюрьму, как преступного раба. Через несколько дней его вывели оттуда, подвергли жестоким пыткам и казнили».

После этого на бывших подданных Прокопия Валент обрушил невероятно жестокие и бессмысленные массовые репрессии, заставившие их пожалеть о своём выборе.

Главной задачей Валента после этого было устранить угрозу приближавшихся готов, которые к концу 366 г. подошли наконец-то к Константинополю, и обнаружили, что поддерживать им там больше некого. Двинувшись обратно, они поняли, что оказались в ловушке. В 367 г., по словам Марцеллина: «магистр конницы Виктор был отправлен к готам, чтобы определенно установить, на каком основании народ, дружественный римлянам и связанный договором прочного мира, оказал поддержку человеку, начавшему войну против законных государей. В качестве полного оправдания своего образа действий готы представили письмо самого Прокопия, который заявлял, что он принял верховную власть, принадлежащую ему как близкому члену Константинова рода. В этом документе они признавали заслуживающее снисхождения оправдание своей ошибки.
Узнав об этом из доклада того же Виктора, Валент не придал никакого значения этому пустому оправданию, и двинул против них войска. Готы заблаговременно получили об этом сообщение. Стянув все силы в одно место в начале весны, Валент расположился лагерем близ укрепления, называемого Дафна и, наведя мост на палубах кораблей, переправился через реку Истр (Дунай), не встретив никакого сопротивления. Его самоуверенность выросла еще больше, когда он, предпринимая походы в разных направлениях, не встретил никого, кого мог бы победить или устрашить. А готы, в страхе перед приближением огромной армии, направились в горы серов (Карпаты), крутые и доступные для прохода только людям, хорошо знакомым с местностью. Во избежание того, чтобы пришлось, потеряв все лето, вернуться назад безо всякого военного успеха, он выслал вперед Аринфея - магистра пехоты, с летучими отрядами, и тот захватил часть готских семейств, пока те, не успев еще достигнуть пересеченных горных местностей, скитались по равнине, где и могли быть взяты в плен. Только достигнув этого случайного успеха, он и вернулся невредимым со своими войсками, не нанеся чувствительных потерь противнику и сам не пострадав от него».

Такая политика Валента была довольно глупой, учитывая то, что надёжные союзники Римской империи – готы, признали его власть. Готы были надёжной защитой империи от более опасного агрессора - двигавшихся из-за Дона несметных полчищ азиатских кочевников-гуннов, которые заключили ещё в 358 г., при императоре Констанции, союз с главным противником Рима – шахом Ирана Шапуром Вторым, направленный против готов и Рима. В этой ситуации Валент должен был оказать готам военную помощь, а не воевать с ними.

Тем временем, в 366 г. в предоставленном императорами самому себе городе Риме умер римский папа Либерий. Ему на смену был избран римский аристократ Дамасий. И одновременно с ним другая часть римских христиан выбрала «антипапу» Урсина. Между их сторонниками вспыхнули кровавые столкновения на улицах Рима. Ни тогда, ни сейчас не очень понятны их причины. Религиозных противоречий между римлянами не было. Как писал Марцеллин: «тот, кто получил сан епископа римского, мог быть уверен, что золота у него будет предостаточно», - вполне достаточный повод для столкновений. К концу года победили сторонники Дамасия, и Урсин был изгнан из «Вечного города».

Дамасий был первым папой современного, католического образца. В условиях раскола империи на Запад и Восток, постепенно раскалывалось и ортодоксальное христианство. Дамасий был первым из пап, кто перевёл службы с греческого на латынь. При этом Дамасий базировался на идеях первого западного учителя Церкви Иллария (Хиллари) из Пуатье, умершего в следующем, 367 году, который и перевёл христианские гимны на латынь. Культу языческих богов Дамасий противопоставил культ христианских мучеников. На месте уничтоженных языческих храмов и статуй появились многочисленные часовни, прославляющие мучеников и, прежде всего, апостола Петра, который признавался духовным наследником Христа и при этом – первым римским папой. Началось массовое паломничество в Рим к могилам Петра и других мучеников. В восточной половине империи Дамасия недолюбливали, и он сам с Востоком не контактировал. При всём этом у папы Дамасия были хорошие связи с языческой аристократией. Город Рим, таким образом, становился столицей западного, католического мира, который уже не нуждался в императорской власти для того, чтобы быть столицей.

 

Иллюстрации:

 

1. Валент

 

2. Папа Дамасий

 

3. Илларий из Пуатье

 

4. Атанарих

 

5. Готы на римской службе

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________