Первый университет и конец света

 

Начало второй четверти пятого века ещё больше усилило те процессы, которые наблюдались уже в течение долгого времени. Одновременно рушился старый, «античный» мир и создавался новый – средневековый, многие традиции которого живы и по сей день. Если Западная Римская империя продолжала разрушаться, то на Востоке (в Византии) установилась средневековая стабильность. Особенно важным признаком прихода новых времён было основание университета в Константинополе, – фактически первого университета на земле. До того, в течение нескольких десятилетий, планомерно уничтожались центры античной культуры, такие как Александрийская и Афинская академии. Лучшие учёные просто физически уничтожались. Другим приходилось каяться как в смертном грехе в занятиях астрономией и математикой. Однако постепенно, правящим Византийской империей брату и сестре - Феодосию Второму и Пульхерии, (которые, несмотря на свою фанатичную религиозность, были очень образованными людьми) стало ясно, что без развития наук обществу грозит деградация. В результате и появился университет, где под надзором церковных властей продолжили свою деятельность выжившие представители александрийской и афинской научной школ. В этом начинании была несомненная заслуга супруги Феодосия – Афинаиды, на которой он женился всего за два года до этого. Афинаида была дочерью афинского профессора, и сама блистала незаурядным интеллектом. Особое значение в университете и в жизни общества в целом стало придаваться юридической науке, к которой питал слабость Феодосий. Был составлен список знаменитых юристов прошедших веков, и отныне суды могли работать только на основании выводов, сделанных когда-то именно этими юристами. Это была первая в мире попытка создания единого уголовно-правового кодекса. Судя по всему, чтобы избежать обвинений в язычестве, Феодосий приказал разрушить знаменитый спортивный комплекс в Олимпии, где с 776 г. до н.э. по 394 г. н.э. проходили знаменитые игры, – символ античной цивилизации. Разрушен на основании того, что фактически это был храм языческого бога – Зевса. Возможно это было связано со сменой константинопольского церковного патриарха, – в 425 г. умер миролюбивый Аттик, правивший с 406 г., и на его место взошёл Сисиний – проводник взглядов самого влиятельного тогда на Востоке церковного деятеля – патриарха александрийского  Кирилла, преуспевшего в разрушении языческих храмов в Египте. Через год и он умер, однако Олимпия была разрушена именно по его благословению. Это было воспринято греками, как смерть языческих богов. Распространился слух о плаче нимф на одном из островков Греции: «Великий Пан умер!». Лесной бог Пан в данном случае символизировал весь мир древнегреческих богов. Всё же византийские власти старались по возможности уменьшить влияние амбициозного Кирилла на жизнь в стране. В краткий период патриаршества Сисиния также был окончательно распущен иудейский синедрион. Освободившуюся должность иудейского патриарха передали христианскому епископу Иерусалима, чьё значение отныне резко возросло. Кроме того, Сисиний впервые ввёл тайну исповеди, – до того исповедовались во весь голос перед всем приходом.

На Западе в это время было не до наук. Императрице Галле Плацидии, правящей от имени шестилетнего сына - Валентиниана Третьего, приходилось варьировать между многочисленными внешними врагами, а также между амбициями римских военачальников. На севере Италии (фактически неподалёку от императорской столицы – Равенны) тогда угрожающе расположились азиатские кочевники гунны во главе с королём Ругилой. Их туда за пару лет до этого привёл римский полководец Аэций – на помощь одной из придворных партий, пытавшейся захватить власть. Пока гунны дошли до Италии, ситуация там изменилась, однако Аэций, пользуясь их поддержкой, вытребовал для себя должность магистра армии и командующего войсками «всех Галлий» - то есть Франции, Германии и Испании (фактически унаследовав эту должность у своего отца Гауденция), и  фактически стал самым сильным человеком в империи.

Однако это вызвало негодование другого римского полководца – наместника  Африки Бонифация, который сам рассчитывал на этот пост. И Африка в очередной раз перестала подчиняться имперским властям. Бонифаций за свой счёт содержал огромную армию наёмников (в основном – готов), которые подчинялись только ему. Однако в самой Равенне в 425 г. пост главнокомандующего всей римской армией получил ещё один аристократ – Феликс. Сталкивая лбами римских генералов, Галла Плацидия надеялась удержать власть в своих руках. Однако это угрожало безопасности империи.

В Испании небольшой римский гарнизон во главе с Астерием, и союзное римлянам германское племя свевов с трудом отбивались от других германцев – вандалов (возглавляемых королём Гундерихом), захвативших почти всю Испанию вместе с  базирующимся в испанских портах римским флотом. В 425 г. при помощи этого флота вандалы полностью разграбили Балеарские острова и мавританский берег Африки. В 426 г. вандалы осадили важнейшие города южной Испании – Севилью и Картахену.

Недавние союзники римлян - вестготы во главе с королём Теодерихом, которым Римская империя выдала земли для проживания в Аквитании (на юго-западе Франции), после того, как по ним пытался нанести удар римский полководец Кастин, тоже стали врагами империи и, воспользовавшись неурядицами внутри римских властей, решили расширить свою территорию на восток. В 425 г. они взяли в осаду важнейшие римские города Арль и Нарбонну на территории Прованса (юго-восток Франции).

В покинутой римскими войсками Британии ситуация была ещё хуже. Её одолевали саксы и другие варварские племена из Германии. В то же время с запада и с севера всё больше усиливался натиск проживавших в Ирландии и Шотландии скоттов и пиктов, готовых захватить страну. Коренное население Британии – бритты, вместе с римскими поселенцами, в 425 г. избрали первого в истории Британии единого верховного короля – коренного уэльсца Вортигерна, женатого на дочери бывшего римкого императора Магна Максима. Помимо борьбы с пиктами, при Вортигерне происходило изгнание из Британии живших там римских аристократов, опасаясь их претензий на власть, что ослабляло боеспособность британского общества. Изгонялись и католические священники, на место которых пришли традиционные колдуны (друиды), такие как легендарный Мерлин. Как будто и не было четырёх веков вхождения Британии в Римскую империю. Предания тех времён рассказывают о неожиданно расплодившихся в Британии драконах. Постепенно осознав, что в одиночку с пиктами (и с драконами?) ему всё равно не справиться, Вортигерн обратился за помощью к недавним врагам – саксам, англам и ютам, которым он стал раздавать земли, что было с его стороны фатальной ошибкой, несмотря на то, что саксы действительно легко расправились с пиктами.

Наибольшей угрозой для Римской империи по-прежнему были вестготы. Осаждённый ими Арль был не только центром важнейшей римской провинции Галлии. Взяв его, вестготы непосредственно приблизились бы к границам Италии, откуда их за десять лет до этого с большим трудом изгнали. Снятие осады с Арля в 426 г.было поручено лично Аэцию. Ему в свою очередь пришлось уговаривать гуннов повернуть оружие против вестготов. Предвкушавшие уже разграбление Италии, гунны с трудом согласились пойти на изменение плана. Аэцию даже пришлость отдать гуннам в качестве заложника своего маленького сына – Корбилиона. Когда-то таким заложником был сам Аэций. При этом племянник верховного хана гуннов Ругилы, – Атилла находился формально в качестве заложника при самом Аэции. Теперь же Атилла получил свободу и стал правой рукой своего дяди.

Вестготы были с лёгкостью изгнаны из Прованса. Аэций зарекомендовал себя в качестве талантливого полководца. Жители Италии испытали двойное облегчение, – ведь Италию покинули и гунны. После этого Аэций расстался с гуннами и вернулся в Равенну, где был объявлен опекуном над малолетним императором Валентинианом. Гуннов явно не удовлетворяло вознаграждение, которое они получили от западно-римского двора, и они решили отыграться на восточно-римском. По подсказке Атиллы, за которым стояли наверняка Аэций и Галла Плацидия (смущённая тем, что год назад получила власть при помощи византийских войск и тяготившаяся византийской опекой), гунны перебазировались на Балканский полуостров. Расположившись рядом с владениями своего брата Айбарса (Бейбарса) в «Савии» (север Хорватии), Ругила потребовал от Феодосия «подарок» в размере 350 фунтов золота. Миролюбивый Феодосий спокойно согласился на эту огромную выплату. Тогда Ругила потребовал, чтобы все гуннские отряды, которые находились на службе у Феодосия, были «возвращены» на родину. Это Феодосий делать отказался, так как считал невозможным разрыв юридически оформленных контрактов. После этого Ругила отправил гуннские и аланские войска на разграбление византийской провинции Фракии (Болгарии), – совсем рядом с Константинополем. Популярный тогда столичный проповедник, наблюдавший полёты ангелов и прочие чудеса, ученик легендарного Иоанна Златоуста - Прокл, который считался преемником престарелого Сисиния, в одной из своих проповедей напомнил о библейском пророчестве Иезекииля, где тот предрекает вторжение народов Рош и Мишлех, после чего наступит конец света. Прокл обратил внимание, что вторгшиеся кочевники называют себя «Рос», то есть «Рош».

Однако их вторжение в Византийскую империю не было признаком её конца, чего не скажешь о судьбе Западно-Римской империи, чьи власти слишком рано расслабились.

 

Иллюстрации:

 

1. Флавий Феликс

 

2. Вортигерн, Мерлин и драконы

 

3. Патриархи Нектарий, Арсакий и Сисиний (фреска сербского монастыря Грачаница в Косово)

 

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________