Легенды христианские и языческие

 

 В 419 г. Римская империя всё больше клонилась к своему закату, несмотря на призрачную стабильность и победу над многочисленными варварами, расселившимися по всей её территории. Власть римского императора Гонория была чисто номинальной. В его столице Равенне фактически правил не он, а его удачливый полководец Констанций, женатый на сестре императора – Галле Плацидии. В этом же году у них родился сын Валентиниан, который автоматически становился наследником бездетного Гонория. При этом римский народ привык считать своим правителем того, кто владычествует в самом «Вечном городе» - Риме, в результате чего авторитет римского папы превзошёл авторитет императора. Императоры становились «лишними» в империи. Авторитету римских пап  способствовала всё нарастающая религиозность населения. Если до разорения Рима вестготами во главе с Аларихом, в нём ещё существовала часть интеллигенции, скептически относившейся к религии, то после этого возобладали настроения «конца света», и с религией шутить перестали. Римская империя плавно входила в «средневековье» - эпоху, когда религия была главной составляющей жизни общества.

На тот момент были ещё живы и многие отцы Церкви, фактически создавшие поныне действующие религиозные каноны христианства. Именно в 419 г. на 98 году жизни в Вифлееме скончался знаменитый переводчик Библии на латынь Иероним Стридонский, до конца дней находившийся в центре острых религиозных дискуссий. Не менее важный для истории Церкви епископ Августин Блаженный, автор концепции о падении Вечного города за его грехи, был тогда ещё полон сил и созвал в 419 г. в Карфагене (давнем конкуренте Рима!) церковный Собор, где наконец-то Церковь утвердила список книг Нового Завета.

При этом в Риме  шло активное строительство церквей, – на месте разрушенных готами зданий. Не отставала и Равенна, – вернувшаяся туда из десятилетнего плена Галла Плацидия продолжила возведение великолепных храмов и особенно роскошной церкви, которой предстояло превратиться в её мавзолей. Церкви строились в явно византийском стиле. За всем этим явно чувствовалась рука Византии, – Восточно-Римской империи, находившейся в более стабильном положении, чем Запад. Византийский император Феодосий Второй воспринимался и как религиозный лидер, живя при этом  в столичном  Константинополе, что обеспечило многовековую стабильность и самой империи.

В эти годы произошло одно хорошо характеризующее эпоху событие. Знатный римлянин по имении Алексий, несмотря на совершенно счастливую жизнь, неожиданно уехал из Рима в Сирию, где стал нищенствовать, непрестанно молясь о спасении всего человечества. Когда среди местного населения началось преклонение перед Алексием, он так же неожиданно вернулся в Рим и жил 17 лет в подвале («под лестницей») собственного дома, почти никем не замеченный, там и умер. Но в день его смерти находившийся на богослужении в соборе святого Петра в Риме император Гонорий неожиданно услышал глас божий, который позвал его к этому человеку, и тот смог его посмертно благословить на глазах римского папы, а также только в этот момент узнавших о его возвращении родителей и вдовы. Алексий - Человек Божий, и поныне невероятно почитается (в основном почему-то не в Риме, а в православном мире), стоя особняком, как святой, не пострадавший от императорской власти и даже её благословивший.

В то же время, в других частях империи проходило формирование германских государств. Одновременно перешли от грабежа к земледелию вестготы во Франции и свевы на северо-западе Испании, наконец-то прекратив свои миграции по Европе. Также в Испании, к востоку от свевов, находившееся огромное объединение вандалов и аланов во главе с королём Гундерихом такого позволить себе не могло, – земли у них было маловато. После того, как римляне не позволили им отобрать часть земель у свевов, вандалы решили расширить свои владения за счёт самих римлян. Чтобы не стеснять себя подписанным с императором союзным договором, вандалы, по недавнему примеру вестготов, решили создать собственного «римского императора». Таким оказался Максим, бывший оруженосец авантюриста Геронтия, возведённого им в императоры. После гибели в 411 г. разгромленного полководцем Констанцием Геронтия, – большого друга вандалов и аланов, Максим прятался в каком-то горном монастыре в Пиренеях, то есть в зоне, где теснились вандалы. Назначив опять Максима «императором», Гундерих перешёл в новое наступление против империи.

В то же время из-за Рейна на территорию Франции бежали всё новые германские племена, вытесняемые оттуда гуннами. Сами гунны в эти годы перенесли центр своей империи из Причерноморья в Паннонию (Венгрию). Населявшие её остготы, союзники гуннов, стали вытесняться с лучших земель. Часть остготов во главе с Беремудом и его сыном Витерихом, бежало от гуннов во Францию к своим дальним родственникам – вестготам. Беремуд был сыном убитого в 404 г. гуннами последнего остготского короля Торисмунда, и тем самым был знатнее короля вестготов Теодериха. Чтобы его не заподозрили в попытках отобрать трон, он скрыл своё происхождение, но тем не менее он был принят королём Теодорихом с высшими почестями, вплоть до того, что король не считал его чужим ни в совете, ни на пиру. Перешедшие на сторону вестготов остготы вскоре, естественно, растворились, а Вестготское королевство невероятно усилилось и стало пытаться расширить свою территорию.

Самые загадочные события тогда происходили в жизни уже слегка забытых на этот момент и оттеснённых на север империи – в нынешнюю Бельгию, франков. Во главе франков был король Теудимир, сын римского полководца Рихомера. При императоре Феодосии Первом франки занимали командные посты в римской армии, но после попытки в 394 г. захвата власти полководцем Арбогастом – дядей Теудимира, франки утратили свои позиции и получили на «поселение» земли на Рейне, который они должны защищать от «свободных» германцев. Королём тогда, после самоубийства Рихомера и стал Теудимир. Защитить Рейн от полчищ переходящих его вандалов, свевов и аланов в 406 г. он не смог, сам перешёл на их сторону и даже вступил в бой с римским полководцем Стилихоном, после чего Стилихон и «сослал» «королевских» франков в Бельгию, где они разместились между реками Шельдой и Маасом. Теудимир по примеру древних королей отпустил длинную шевелюру и подтвердил свою «святость» в глазах язычников–франков рассказом о том, что происходит от легендарного Меровея - сына женщины и морского чудовища, основав, таким образом, династию Меровингов. В делах королевства в соответствии с традициями матриархата, на первое место вышла мать Теудимира – Асцила, а само королевство быстро утратило все признаки римской цивилизованности.

Неожиданно в 419 г. переходит Рейн в районе Кёльна и селится между Рейном и Маасом некий Фарамонд, объединив, таким образом, неподвластные Теудимиру племена франков, сохранявших ещё свои племенные названия (сикамбры, бруктеры, хатты и т.д.). Фарамонд, согласно «Книге истории франков», написанной через 300 лет после этих событий, «научил франков обращаться с оружием и возводить укрепления вокруг их поселений». При этом, по его рассказу, он тоже бежал от гуннов из Паннонии, до того как его предки бежали туда подобно остготам из Приазовья. В Паннонии они стали союзниками римлян, построили мифический город Сикамбрию и рагромили вторгшихся аланов, а потом восстали против римских сборщиков налогов. Учитывая явное сходство имён Фарамонда и Беремуда, закрадывается сомнение, – не перепутали ли средневековые хроники франков с готами? Помимо всего этого, Фарамонд называл себя потомком троянского царя Приама (через мифического Франкиона).

При этом хроники пишут, что Фарамонд был сыном одного из свободных королей франков – Маркомира, разгромленного при Феодосии руками того же самого Арбогаста  в 396 г.(или в 404 г.), скончавшегося как частное лицо в Италии. То есть, Фарамонд родился в Италии и получил явно римское образование и наверняка служил в римской армии, не исключено, что именно в Паннонии. И по-соседству с владениями Теудимира происходивший из враждебного ему рода Фарамонд поселился как «римский агент». По этой линии Фарамонд становится предком не Меровингов, а следующей франкской династии – Каролингов. На другой странице та же хроника рассказывает, что Фарамонда франки на съезде племенных вождей избрали из своей среды по совету его отца - Фарамира. Женат Фарамонд был на дочери короля Тюрингии (через которую он проходил, уходя из Паннонии) Арготте.

При этом французский народ традиционно считает его своим первым королём – основателем Меровингов (хоть он был не первым, и не Меровингом). Ему приписывается переход с матриархата на патриархат; единая система мер и весов и т.д. О нём сложено огромное количество анекдотов и куртуазных историй. Под его руководством составлена «Салическая правда» - древнефранцузская конституция (как рассказывает «Книга истории франков»: «...тогда же появились у них впервые и законы, выработанные старейшинами племени, именами Визоваст, Визогаст, Арогаст и Салегаст в местах Ботхагм, Салехагм, и Видехагм, по ту сторону Рейна»), с чем не соглашается Шекспир в драме «Генрих Пятый». Историки часто при этом отрицают существование Фарамонда, основываясь на том, что хроника Григория Турского, написанная намного раньше «Книги истории франков», Фарамонда не упоминает; но Григорий описывал именно историю Меровингов, а Фарамонд Меровингом не был. Всё же полностью отрицать существование этого «первого француза» полностью нельзя, - это порождает ещё больше вопросов. Как бы то ни было, с появлением Фарамонда, франки опять выходят на передний план истории германских племён, постепенно двигаясь к своей миссии – народа, заменившего собой Римскую империю.

 

Иллюстрации:

 

1. Мавзолей Галлы Плацидии

 

2. Иероним в Вифлееме(Леонардо да Винчи)

 

3. Алексий

 

4. Максим

 

5. Фарамонд

 

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________