Истреблённые германцы и угнетённые римляне

 

В 306 г. в Римской империи продолжал действовать режим тетрархии – одновременной власти четырёх императоров, разделивших империю на четыре части: двое из них считались «августами» - старшими императорами и назначали «цезарей», которые должны были их сменить, назначив следующих двух «цезарей». Причём смена подразумевалась ещё при жизни «августов», которые таким образом должны были уйти на покой. К этому времени основатели этой системы Диоклетиан и Максимиан уже находились «на пенсии». Их сменили Констанций Хлор и Галерий, назначив «цезарями» Флавия Севера и Максимина Дазу. Однако в 306 г. Констанций умирает, и Флавий становится новым «августом». Цезарем же становится сын Констанция – Константин. Однако при этом система дала сбой – Константина назначил не Флавий Север. Он сам с оружием в руках захватил эту власть, поддержанный вождём германского племени алеманнов – Крокусом. Из британского города Йорка, где он и был провозглашён императором на похоронах своего отца, Константин переезжает в отцовскую столицу – Трир.

При этом он сталкивается с новыми вылазками германцев – восстали батавы (часть «приморских (салических)» франков, пользуясь долгим отсутствием императорской армии (она воевала с пиктами на севере Британии) и смертью самого императора Констанция, разгромившего франков ещё в 297 г. На помощь батавам через Рейн в районе Кёльна стали переправляться «рипуарские» (речные) франки. Такая смелость объясняется отчасти техническим перевооружением свободных германцев. Теперь уже почти каждый германский воин обладал железным мечом, выкованным в тайне от римлян в «подземных лабораториях» на территории Германии. В самой Римской империи право на ношение длинного меча имели только офицеры.

Однако Константин легко расправился с этим выступлением, казнив королей обоих племён - Арасика и Регайза самым жестоктим образом: затравил их львами на специально организованных публичных играх в знаменитом амфитеатре Трира (десятом по величине в Римской Империи), что должно было напугать варваров. Однако это ещё больше их возмутило. До этого отец Константина – Констанций обходился без расправ над вождями. Сами франки никогда не казнили пленных римлян. При Константине «Франкские игры» стали проводиться ежегодно в июле: огромные массы пленных были отправлены в амфитеатры и затравлены дикими зверями на потеху толпе – такие масштабы были непривычны и чересчур жестоки даже для того времени. Как писал очевидец: «пленные своим количеством довели до изнеможения самих зверей». Чтобы ещё больше обезопасить границу, в том же году Константин предпринял ещё более глубокую вылазку за Рейн, где разгромил до того спокойное племя бруктеров, также входившее в союз франков. Бруктеры тоже пошли на съедение львам.

При этом Константин увеличил речной флот на Рейне и начал строить каменный мост под Кёльном.

В удел Константина входили Британия, Галлия (нынешняя Франция) и римская часть Германии. Сам же огромный город Рим вместе с остальной Италией, а также Испанией и Африкой находился в уделе Флавия Севера, который считался непосредственным начальником Константина (при этом сам подчинялся главе тетрархии Галерию, чья ставка была в Никомедии под Стамбулом). Ставка Флавия Севера находилась не в Риме, а в Милане. Север ещё больше увеличил налоги, введённые ещё Диоклетианом. Для римлян такое положение быдо абсолютно неприемлемым. Естественно, налоги, как и прикрепление крестьян и ремесленников к месту жительства, тоже установленное Диоклетианом, улучшили экономическое положение империи, удержали её от краха. Но римлянам не нужна была такая империя. До этого они не для того захватывали мир, чтобы платить налоги, а для того, чтобы налоги платили им. Тем более не хотелось платить императорам, которые в жизни ни разу не бывали в Риме, и родом вообще были не оттуда – уже несколько десятилетий императорами становились иллирийцы (албанцы), то есть выходцы из недавней Югославии. Римлянам не хотелось и воевать за них, считалось за честь уклониться от воинской повинности, дезертировать с поля битвы. Тем более, что им было совершенно всё равно – чего ради на границах империи идёт истребление германцев и прочих народов. Они бы предпочли, чтобы германцы или кто-нибудь ещё сами захватили Рим – хуже не будет. Приходилось императорам вербовать на военную службу воинов из неприятельского лагеря – в основном германцев. Выгоду от новой экономической системы получали, кроме императоров и их окружения, немногочисленные владельцы огромных земельных латифундий, а также финансовые воротилы всех наций.

Повышение налогов Флавием Севером было последней каплей, переполнившей чашу. В Риме вспыхнуло восстание. Его возглавили руководители «народных когорт» во главе с начальником Свиного рынка. Однако вскоре они получили более серьёзную поддержку – преторианскую гвардию. До правления Диоклетиана она была самой влиятельной внутриполитической силой империи. По своему усмотрению возводила на престол и свергала императоров. Однако Диоклетиан сократил её в два раза и низвёл до положения службы безопасности города Рима. Взяв в свои руки руководство восстанием, преторианцы первым делом убили мэра города, который был человеком императора. После этого они по традиционной для них, опробованной веками схеме выдвинули нового претендента в императоры. Его долго искать не пришлось. Им стал Максенций – сын находившегося «на пенсии» Максимиана и зять Галерия. Он был невероятно обижен тем, что в тетрархии не нашлось для него места. Тем более, что перед глазами был пример Константина, который смог пробиться в тетрархию. Как заявил немецкий историк Якоб Буркхардт: «императорских сыновей нужно было либо выдвигать, либо казнить». Населённая в основном коренными римлянами Центральная и Южная Италия тут же поддержала Максенция. Северная («галльская») Италия, где и расположен Милан, осталась верной Флавию Северу. Однако Максенция поддержала и Африка – житница империи, когда-то неплохо зарабатывающая на поставках зерна, однако теперь стонущая от установленной Диоклетианом «продразвёрстки». Константин, сам вынашивающий далеко идущие планы, тут же признал Максенция законным членом римской тетрархии в качестве «цезаря», подразумевая при этом, что «августом» является он сам. Чуть позже он всё же признаёт полномочия «августа» Максенцием. Однако остальные члены тетрархии, до того с трудом терпящие Константина, несмотря на его успехи на германском фронте, с Максенцием смириться уже никак не могли.

И началась новая кровопролитная гражданская война. Таким образом, тщательно выстроенная Диоклетианом система тетрархии потерпела крах ещё при его жизни.

 

Иллюстрации:

 

1. Константин

 

2. Максенций

 

3. Флавий Север

 

4. Тетрархи (из базилики св. Марка в Венеции)

 

5. Амфитеатр Трира

 

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________