Императоры без амбиций

 

В 364 г., после странной гибели римского императора Иовиана, новым императором был провозглашён начальник «пехотного училища» Валентиниан. Вскоре он разделил империю на две части, и восточную половину отдал своему младшему брату Валенту – на правах полной независимости. До того, если императоры назначали кого-либо своими соправителями над частями империи, то они сохраняли своё руководство над ними. Валент же стал полностью независимым императором. Это значительно облегчало управление империей - жители Запада в своей жизни ориентировались на республиканские традиции Древнего Рима, где каждый свободный гражданин – хозяин собственной жизни. Восточная часть базировалась на захваченных Римом самодержавных царствах Древнего Востока, где во всём уповали на «царя-батюшку». Даже свободная в прошлом Греция со времён Александра Македонского заразилась этой формой мышления. Разделение 364 года сохраняется по сути до сих пор, разделяя Европу на Восточную и Западную.

Сам Валентиниан, выбрав своей столицей Милан, правил Западной Европой. В отличие от своих знаменитых предшественников – Диоклетиана, Константина, Юлиана-Отступника, он больше не экспериментировал над страной. По сути всё, что могло быть реформировано, уже было сделано до него. Диоклетиан создал управленческую машину, зависимую только от императора; Константин поставил христианскую Церковь в качестве органа идеологической власти; Юлиан утвердил систему самоуправления городов, снизил налоги, обеспечил независимое функционирование судов.

Реформы Юлиана больше подходили к Западу, поэтому на Востоке он не встретил никакой поддержки.

Своей задачей Валентиниан поставил простое обеспечение бесперебойного функционирования государственной машины. Будучи обычным офицером с большим стажем работы, больше всего он ценил дисциплину и порядок. При этом сам он не вмешивался в жизнь государства без особой необходимости. В результате суды работали бесперебойно, не ожидая «отмашки» императора, самоуправляющиеся общины выходили из хаоса, благодаря налоговым льготам опять начался экономический рост. Несмотря на всё это, Валентиниан прослыл человеком жестоким из-за того, что не помиловал никого из приговорённых судом к смертной казни. Но он исходил из того, что закон превыше мнения императора, то есть фактически руководствовался принципом разделения властей, который в будущем стал основой западной цивилизации. Строг он был даже к своей родне, смог преодолеть царящий при дворе разврат. К римским сенаторам и провинциальным аристократам он относился крайне презрительно.

Сам же Валентиниан совмещал в себе величавость Константина Великого с простотой и обходительностью в общении с людьми Юлиана-Отступника: так же, как и Юлиан, запросто прогуливался по улицам и стоял в присутствии других стоящих людей. Будучи прежде всего человеком осторожным, он ни с кем не портил отношений (зная судьбу предыдущих императоров), и подданные его уважали. Единственное, от чего он приходил в безумное раздражение – это было непредсказуемое поведение германских (прежде всего алеманнских) племён к северу от империи, которые, как только он приступил к своим обязанностям в Милане, потребовали от него дань. С ними он вступил в бескомпромиссную войну, но воевал тоже с присущей ему осторожностью - создавал мощную материальную базу, строил всевозможные укрепления и мосты в районе планируемых битв, дороги для возможных путей отступления, по-отечески относился к солдатам (как писал Аммиан Марцеллин, он был «первым, кто повысил самоуважение солдат, подняв их статус и увеличив собственность»). Однако, будучи сам крайне осторожным, всячески высмеивал проявления безрассудного героизма. Поэтому его войны с германцами были тоже вполне успешны, хоть и не так эффектны, как при Константине и Юлиане.

В религиозных вопросах он тоже решил ни во что не вмешиваться, соблюдая принцип «Богу - божье, а кесарю – кесарево». Он отказался от права императора созывать церковные соборы. Ещё до вступления на престол он заявил: Я - мирянин и считаю неприличным вмешиваться в дела такого рода. Пусть иерархи съезжаются, когда хотят .” Христиане всех форм вероисповедания, а также «воскресшие» при Юлиане язычники свободно выражали при нём свои взгляды, занимали любые посты, умеренно дискутируя между собой. Сам Валентиниан был христианином, не относя себя к какой-либо особой конфессии. При этом он прекрасно рисовал и лепил из глины, изобретал новые виды оружия и т.д.

В начале же ему пришлось очень туго. Узнав о уб унизительном поражении римской армии в войне с персами, на империю напали все окружающие племена. Алеманны грабили одновременно Галлию и Рецию (т.е. Францию и Баварию); саксы из Германии, пикты и скотты из Шотландии грабили римские владения в Британии; из Сахары в провинцию Африка вторглись мавры; в Паннонию (Венгрию) вторглись сарматы и германцы-квады; в принадлежавшую Валенту Фракию (Болгарию) вторгались шайки готов.

Когда Валентиниан узнал, что алеманны во главе с королём Рандо взяли один из важнейших римских городов на Рейне – Майнц, он начал готовиться к войне с ними, и для этого перебазировался из Милана в бывшую столицу Юлиана-Отступника – Париж, превратив его при этом в неприступную крепость. Из местного населения он создал отряды самообороны региона, что обеспечило его безопасность на многие годы.

В это же время император Востока Валент решил выступить в очередной поход против персов, несмотря на то, что до того все подобные мероприятия провалились и поставили империю на край катастрофы. Однако до персидской границы Валент не добрался. Находясь в Антиохии, он узнал, что в его столице – Константинополе, произошёл военный переворот: власть захватил Прокопий, дальний родственник Юлиана-Отступника, командующий его армией во время Персидского похода. Его Юлиан даже хотел назвать своим преемником, но не успел. Прокопий лучше других понимал катастрофичность замыслов Валента (ранее - рядового придворного гвардейца) и рискнул пойти на такой опасный шаг, как захват власти.

Перепуганный Валент, узнав об этом, решил тут же отказаться от власти, но его жена Домника отговорила его от такого позорного шага, и он повернул войска против Прокопия, спасая их, таким образом, от неминуемого уничтожения шахом Ирана...

 

Иллюстрации:

 

1. Валент

 

2. Колоссальная статуя Валентиниана из Барлетты (возле Бари)

 

3. Прокопий

 

Борис Грейншпол

__________________________________________________________